Бинафша Нодир
Бинафша Нодир
Интервью
Бинафша Нодир
share this
Share this

Известный искусствовед, автор и куратор выставок «В поисках потерянного рая», «Колыбельная при лунном свете» и многих других проектов Бинафша Нодир о своей научной и творческой деятельности, о многовековых традициях производства текстиля в эксклюзивном интервью для CAFB.Asia.

 

Расскажите о своей научной и творческой деятельности. По-Вашему, это актуально?

– Интерес к изобразительному и прикладному искусству появился у меня в детстве. Папа (Нодир Норматов был писателем) очень часто ездил к друзьям – художникам в мастерскую и брал с собой меня, тогда ещё маленькую девочку. Пока взрослые беседовали о своём, я бегала среди полотен художников, играла с различными предметами старины и перелистывала альбомы с репродукциями шедевров мирового искусства. Правда, тогда не осознавала полностью их ценность. В нашем доме часто собирались художники, скульпторы, поэты, писатели, музыканты и я невольно прислушивалась к их беседам об истории, культуре и искусстве.

На выбор профессии искусствоведа повлияла и огромная домашняя библиотека, где больше половины томов были об искусстве. Уже с раннего детства я любила книги, правда читала всё без разбора. Многие из них позже пришлось перечитать, чтобы лучше понять их смысл.

Но более глубоко изучать искусство, в том числе традиционный текстиль, я начала, став студенткой искусствоведческого факультета Национального института художеств и дизайна им. К. Бехзода. Уже на первом курсе я ездила с мамой в экспедиции в дальние регионы Узбекистана, где изучала быт, культуру и художественные ремёсла.

Наше прикладное искусство очень богато и разнообразно – здесь издревле были развиты гончарство, чеканка, резьба и роспись по дереву, ювелирное искусство и многое другое. Но больше всего меня привлекал традиционный текстиль. Не знаю почему, но он мне ближе. Поэтому, закончив аспирантуру Института искусствознания Академии наук Узбекистана, уже на протяжении многих лет я изучаю наш художественный текстиль. В этом году защитила докторскую (PhD) диссертацию, посвящённую традиционному текстилю кунгратов – полукочевых узбеков южных регионов Узбекистана.

Своей уникальностью, орнаментикой и своеобразием локальных школ узбекский текстиль привлекает не только отечественных, но и зарубежных исследователей и коллекционеров. Наибольший интерес вызывают вышивка и абровые ткани (икат), которые хранятся в музеях и частных коллекциях зарубежных стран, выставляются на продажу многими знаменитыми аукционными домами. В ходе своих научных исследований я была восхищена обилием иностранной научной литературы об узбекском прикладном искусстве.

 

– Какие особенности у узбекского художественного текстиля и узоров?

– Ваш вопрос – это тема не одной диссертации. На него пытались и пытаются ответить большое число исследователей. Если вкратце, то художественное своеобразие нашего текстиля связано с историческими особенностями происхождения узбеков, аспектами этнокультурного характера. Как отмечают исследователи, шерсть, хлопок и шёлк – основные сырьевые сегменты традиционного текстиля, отражающие многоукладность хозяйственной жизни и культурное разнообразие исторического развития народов Узбекистана. Если шерсть олицетворяет культуру кочевых и полукочевых народов, то хлопок и шёлк – это исторические бренды земледельческой и городской цивилизации, хотя у кочевых этносов также существовала вышивка.

Обработка и выделка изделий из шерсти занимала ведущее место в художественном ремесле полукочевых узбеков. Кошмы и сейчас можно встретить в некоторых кишлаках, где проживают родоплеменные этнические группы. В основном это кунграты, населяющие южные регионы Узбекистана. В юртах – их традиционных жилищах – войлок применялся как для внешнего, так и для внутреннего убранства. Большое значение в быту узбеков имели и тканые ковры. В основном они были гладкотканые, хотя, по словам многих пожилых мастериц, в прошлом было развито и ворсовое ковроткачество.

Вышивка была распространена преимущественно в городах и крупных селениях, торгово-ремесленных центрах древней оседлой земледельческой культуры Узбекистана, за исключением Хорезма. У городского населения вышивка была крупной, приспособленной к размерам жилища. У кочевых и полукочевых родоплеменных этнических групп самое яркое выражение она получила в одежде и ряде мелких бытовых предметов (мешки и мешочки для хранения домашней утвари, продуктов и т.д.), а также в отдельных ковровых изделиях (ковры ок-энли кунгратов) и элементах оформления юрты.

Соответственно, отличался и орнаментальный декор традиционного текстиля оседлого и кочевого населения. Для крупных и средних размеров вышивки оседлого населения больше характерны растительные плавные по очертаниям узоры. В их эстетике и философии преобладает тема райского сада (парадиза). В дизайне же вышивки малых форм в прошлом кочевых народов отражаются мотивы, близкие их мировоззрению, степному ландшафту и особой бытовой философии – космогонические символы и звёзды, солярные знаки и зооморфные мотивы. Реже встречаются растительные узоры, воспроизводящие в стилизованной форме флору степного происхождения.

В чём особенность современной узбекской вышивки сюзане?

– Сейчас практически всё кочевое в прошлом население перешло к оседлому образу жизни, и их традиционный текстиль тоже заметно изменился. Многие виды изделий исчезают, другие приспосабливаются к новым условиям жизни и интерьеру стационарных жилищ. Претерпели изменения и изделия традиционной вышивки оседлых народов. Как я говорила, сузани – это атрибут художественного текстиля оседлых народов. Причём к этой категории относится узбекоязычное и таджикоязычное население Узбекистана. Отсюда и двуязычие в терминологии изделий узбекской традиционной вышивки и текстиля в целом.

Многие известные ранее центры не выдержали требований времени и исчезли, а другие сейчас восстанавливаются. Происходит смена и состава орнаментальных мотивов, и стиля их интерпретации. Классическими образцами считается продукция мастеров Бухары, Нураты, Самарканда, Ташкента и других более мелких центров, входящих в понятие этих школ.

В связи с экономической политикой советского государства в первой трети ХХ века было запрещено частное предпринимательство, на котором основывались традиционные ремёсла. Постепенно лучшие традиции национальной вышивки стали приходить в упадок, снизилось качество продукции, и многие центры исчезли. Домашние промыслы перевели в систему местной и бытовой промышленности, а мастерам приходилось копировать образцы узоров и форм изделий, созданных в дизайнерском центре Ташкента. В результате централизации были унифицированы локальные традиции художественного текстиля, утеряны старые технологии и забыты классические типы орнамента. Таким образом, к началу 1990-х гг. качество традиционных изделий и, соответственно, спрос на них резко упали.

В период независимости наступил новый этап в развитии вышивки. Стало восстанавливаться ручное производство традиционного текстиля. Особое место в этом процессе занимает узбекская ручная вышивка и её символ – сузани (узб. сўзана). Лучшие современные сузани основаны на эстетике и технологии классических образцов конца XIX – начала XX вв. Именно они получают хорошую оценку не только у нас, но и за рубежом. В качестве примера можно привести работы ташкентской мастерицы Мадины Касымбаевой по мотивам музейных образцов. Обращение к старым технологиям и классическим узорам сегодня характерно и для мастериц-вышивальщиц других регионов, возрождающих традиции периода расцвета: Шахрисабза, Нураты, Бухары, Шафиркана, Ургута и Намангана. Сложнее с этим обстоит вопрос в Сурхандарье, западных районах Кашкадарьи и отдельных регионах Ферганской долины.

 

Поддерживаются ли сегодня вековые традиции производства тканей?

– Да, несомненно. С обретением независимости началась новая веха в истории национального шелкоткачества Узбекистана. Мастера-абрбанды Ферганской долины стали зачинателями возрождения лучших традиций узбекских абровых тканей. Благодаря их усилиям, в начале 1990 гг. восстановлены рецепты изготовления растительных красителей и технология производства многих старинных видов абровых тканей. Также возродились и творчески обогатились орнаментальные традиции шелкоткачества прошлых веков. В махаллях вновь появились мастерские по ручному производству шёлка.

Сегодня в Маргилане около 30 мастерских только перерабатывают шёлк, более 100 мастеров наносят узоры и красят ткани, около 200 человек предварительно подготавливают нити и более 1000 мастеров занимаются непосредственно ткачеством.

 

– В последнее время мы часто слышим про Вашу кураторскую деятельность. Какой у Вас опыт в этой сфере и каковы критерии успешной выставки?

– Опыт не такой уж большой. Я занимаюсь выставочными проектами всего 5-6 лет и все они, в основном, связаны с традиционным прикладным искусством Узбекистана (Б. Нодир – автор и куратор многих проектов и выставок, организованных журналом «SAN’AT» и Ташкентским Домом фотографии: «Свет далёкой звезды», «Таинство волшебных нитей» (персональная выставка М. Касымбаевой, посвящённая возрождению ташкентской школы вышивки), «Сад любви». А также «Нить, соединившая поколения», «В поисках потерянного рая…», «Колыбельная при лунном свете» – организованные Фондом Каримова и др.). Нацелены они на возрождение, сохранение и пропаганду нашего богатого культурного наследия.

Для меня очень важен сам процесс – полностью изучить «кухню» и пройти все этапы от А до Я. Это не только написание концепции и сбор материала, то есть научная сторона, но и организационные, технические моменты и многие другие навыки, необходимые для проведения выставки.

Критериев создания хороших выставочных проектов много. Прежде всего, должна быть чёткая концепция. К выставке надо готовиться очень тщательно: глубоко изучить тему, собрать интересный материал, дать хорошее название, проработать дизайн экспозиции и т.д. Она должна быть не просто зрелищной, но и познавательной – дать зрителю максимум информации. И обязательно нужно издать каталог. Это титанический труд и масса времени. И во всём этом куратор принимает непосредственное участие.

 

Какой совет дадите молодым людям, начинающим карьеру в искусстве?

– Давать советы молодым мне, возможно, ещё рановато, но пару слов скажу (улыбается). Кому-то они покажутся банальными, но это уроки из личного опыта. Прежде всего, быть настойчивыми в достижении цели и не отчаиваться при первых же проблемах. Также важно любить своё дело и не пренебрегать мелочами. Иногда меня называют дотошной за желание довести любую деталь выставочного проекта до идеального состояния (к сожалению, не всегда получается так, как мы хотим). Но, на мой взгляд, это решающий фактор и при проведении выставки, и в ходе научного исследования, и при написании книги. Возможно, кому-то такая кропотливая работа покажется излишней. Однако пусть такая скрупулёзность и займёт больше времени, зато результат будет качественным.

 

< Предыдушая статья: Креативная Центральная Азия

Читать также

Ислам Каримов: Человек Эпоха
Культура
Ислам Каримов: Человек Эпоха
 Parkwood
Культура
Parkwood
Эмилия Кларк
Красота
Эмилия Кларк
Худойберган Девонов
Культура
Худойберган Девонов
Дубай
Культура
Дубай
Amirsoy
Культура
Amirsoy